Вектор-Евразия Федеральная экспертная сеть
Мониторинг внешнеполитических процессов
Эксклюзивная аналитика для лиц принимающих решения
Совместный анализ
геополитических угроз

Проект США «Новый шелковый путь»

Суть проекта
Концепция «Нового шелкового пути» предполагает создание инфраструктуры, связывающей Центральную и Южную Азию через Афганистан и либерализацию торговли между ними.

В качестве механизмов, обеспечивающих экономическое взаимодействие центральноазиатских республик с Афганистаном и странами Южной Азии, предлагаются инфраструктурные проекты CASA-1000, газопровод TAPI, а также железнодорожные коридоры, превращающие Афганистан в торговый и транспортный узел макрорегиона «Южная Азия - Центральная Азия». В свою очередь, Казахстан, Туркменистан, Таджикистан, Узбекистан и Кыргызстан благодаря выходу к морю получат доступ к новым рынкам и смогут гораздо интенсивнее торговать не только со всеми странами региона, но и с Европой.

В сухопутной части «Нового шелкового пути» предполагается строительство трёх железнодорожных коридоров. Северный коридор пройдёт из Западного Китая через Казахстан в Россию, в Оренбург, и далее – к Санкт-Петербургу и Балтийскому морю, через Белоруссию и далее через Варшаву – к Берлину.

Главное направление «Нового шёлкового пути» через Центральную Азию пройдёт по китайской территории от Тихоокеанского побережья до Синьцзян-Уйгурского автономного района. Далее путь идёт через Казахстан, Узбекистан, Туркменистан, Иран, Ирак, Сирию и Турцию, а оттуда и в Европу — через Болгарию, Румынию, Чехию и в Германию.

Морской путь, как и сухопутный, пройдёт по древнему торговому маршруту: из Гуанчжоу в Китае, вдоль берегов Вьетнама, Таиланда, Малайзии, Сингапура и Индонезии, мимо Индии в Красное море с ответвлениями в Персидский залив и в Африку и через Суэцкий канал в Средиземноморье.

Основные выгоды от реализации Трансафганского газопровода получают США (геополитика), Туркменистан (выход в Южную Азию) и Афганистан (ключевой транзитер). В наиболее уязвимом положении оказываются Иран и Пакистан. Неоднозначная ситуация получается с Китаем. Свои государственные экономические интересы Поднебесная защитила. Однако в подвешенном состоянии оказались интересы основного китайского союзника в регионе - Пакистана, что может блокировать китайцам входы в Южную Азию. Кроме того, достаточно неудобств безопасности создают базы НАТО в Афганистане (гарантирующие TAPI).
Выгода от проекта для США
Любые противоречия, которые могут возникнуть между центральноазиатскими республиками в процессе реализации проекта «Новый шелковый путь», создадут повод для вмешательства США, в том числе на военном уровне, что соответствует планам Вашингтона по созданию «трансевразийской системы безопасности», предполагающей милитаризацию центрально-азиатского региона в целях обеспечения контроля США над торговыми и энергетическими потоками.

Если проект заработает, то он существенным образом усилит американские позиции в Центральной и Южной Азии. Благодаря наличию лояльного правительства в Кабуле, Вашингтон получит контроль над стратегически важным для Центральной Азии южным направлением. Кроме того, это кратчайший путь к портам Индийского океана и на бурно растущий азиатский энергетический рынок.

Принимая во внимание, что Европа, которой в американской геополитике последних лет отводится роль конечного потребителя сырьевой продукции из ЦАР, все глубже погружается в экономический кризис, открытие южноазиатского маршрута позволит Вашингтону сохранить позиции регулятора процессов на пространствах Внутренней Евразии.

Выгоды США от реализации проекта газопровода TAPI

Во-первых, это cдерживание Ирана. Если на западном направлении сдерживание Ирана обеспечивается Турцией с ее Трансанатолийским газопроводом, то на Востоке эту задачу призван выполнить «новый» Афганистан, являющийся ключевым транзитером TAPI. Основной сдерживающий мотив - не дать Тегерану продать свой газ (через собственный проект газопровода Иран-Пакистан-Индия) на Восток, а обеспечить поставки лишь на Запад. В конечном итоге Запад, блокируя со всех сторон иранский экспорт, рассчитывает тем самым ослабить экономику Тегерана и сделать его более сговорчивым в переговорах по собственным нефтегазовым месторождениям.

Во-вторых, TAPI вбивает клин в арийскую связку Иран-Афганистан. Впервые о намерении создать «Арийское содружество» Тегеран заявил в 2005 году. Одно из ключевых оснований этого содружества - поставки нефти и газа. Но появление в регионе туркменского газа даст обратный эффект: укрепит энергобезопасность Кабула по отношению к Ирану. Кроме того, при таком раскладе самодостаточный Афганистан также блокирует Ирану доступ на центральноазиатские рынки. Прежде всего, в Таджикистан, который также является участником «арийского блока».

В-третьих, сдерживание Европы. США, лоббируя TAPI, нанесли очередной удар по «Набукко» (в частности, по его Транскаспийской перемычке), для которого туркменский газ оказался последней ресурсной надеждой. В итоге, доступ Евросоюза оказался прочно закрыт не только в Иран, но и в Центральную Азию.

В-четвертых, поддержка развивающейся Индии в противовес уже набравшему ход Китаю. Более того, Америка пытается стравить Китай и Индию вокруг Туркменистана. С учетом того, что Китай уже имеет в этой стране крупный газовый контракт (30 млрд куб. м в год). Правда, в действительности коллизия интересов в данном случае вряд ли получится. Потому что Китай и Индия привязаны к разным туркменским месторождениям. Поставки в Китай осуществляются из недр Южного Иолотаня. Ресурсная база TAPI - месторождение Галкыныш. Потому что не стоит преувеличивать экономические возможности Индии, все еще заметно отстающей в развитии от Китая. И потому что нынешняя конкуренция за туркменский газ во многом обусловлена временным выводом иранского газа «за скобки» мировой торговли. На перспективу Китай рассматривает варианты транспортировки иранского газа. Существуют также варианты прямых газопроводов между Ираном и Индией, а также Ираном и Пакистаном.

В-пятых, TAPI - это гарантия поддержки нынешних прозападных администраций Хамида Карзая в Афганистане и Асифа аль-Зардари в Пакистане, позиции которых достаточно неустойчивы. Другими словами, Индию и Пакистан просто ставят в жесткие рамки: хотите хоть какой-то газ получать - помогайте строить TAPI, воюйте с талибами и работайте над стабилизацией ситуации в регионе. В противном случае, не будет газа, еще и войну получите впридачу.

В-шестых, сдерживание Пакистана. С одной стороны, TAPI крепко привязывает Исламабад к Кабулу, что на практике означает ультимативное требование пакистанским талибам смириться с прозападным правительством Карзая и натовскими базами в Афганистане. В противном случае, если талибские битвы в Афганистане застопорят газовый транзит, у пакистанских талибов также возникнут проблемы с Индией как основным потребителем газа в TAPI.
Негативные последствия проекта для России
1. Успешная реализация проекта «Новый шелковый путь» приведет к снижению роли России в ЦАР за счет диверсификации экономических связей стран Центральной Азии и повышению значимости Пакистана и Индии.

2. Реализация проекта началась с прокладки новых железных дорог. Все старые магистрали в странах региона привязаны к России, а новые, напротив, отделят центральноазиатские государства от нашей страны: они будут строиться по европейскому стандарту (совпадающему со стандартом КНР), подразумевающему узкую колею, не стыкующуюся с РЖД. В будущем эта железная дорога станет частью европейских проектов, соединяющих КНР с Европой через Иран и Турцию, в обход России.

3. В случае создания железнодорожного маршрута из Афганистана в Россию облегчится доставка наркотиков в РФ. Нелегальные мигранты, а также боевики террористических группировок Афганистана также получат маршрут для въезда в Россию.
Негативные последствия проекта для стран региона
Кыргызстану нечего возить по строящейся железной дороге, тем более что она не замыкает север и юг страны, а просто проходит по части территории страны, соединяя Китай и Узбекистан. Единственная выгода - получение платы за грузопоток.

По оценкам аналитиков, основная суть американского проекта «Новый шелковый путь» сводится к тому, чтобы объединить Центральную Азию с Афганистаном и расширить присутствие США в регионе под видом содействия безопасности. А истинной целью проекта Белого дома было и является стратегическое окружение и сдерживание своего самого большого врага - Китая.
Факторы, затрудняющие реализацию проекта
Учитывая выдвигаемые в проекте договорно-правовые условия: либерализация торговли посредством снижения торговых пошлин, упрощенного режима таможенного контроля, прозрачного функционирования контрольно-пропускных пунктов, реализация проекта возможна только при ликвидации наркотических и террористических рисков, исходящих от Афганистана.

Анализ инфраструктурных проектов, составляющих основу «Нового шелкового пути» в аспекте их выгодности для центральноазиатских республик.

Газопровод TAPI

Силами афганских ополченцев вряд ли можно будет гарантировать безопасность строительства газопровода TAPI. Особенно с учетом того, что его участок в 735 км должен пройти по самым неспокойным афганским провинциям Кандагар и Герат.

Другое слабое звено проекта TAPI - Пакистан. Причем не только потому, что в проекте его национальные интересы оказываются уязвленными. Дело еще в том, что на территории Пакистана также есть талибские вооруженные группировки, способные совершать диверсии на объектах газопровода. На западе Пакистана перманентно тлеет еще один конфликт - сепаратистские поползновения т.н. «Белуджистана», через которые проходят стратегические коридоры Иран-Пакистан и Пакистан-Китай. В таком случае в подвешенном состоянии окажется не только проект TAPI, но и конкурирующий с ним IPI.

CASA-1000

Данный проект может стать катализатором роста противоречий между Таджикистаном и Узбекистаном в водно-энергетическом вопросе. Так, Узбекистан начиная с 2007 г. стал осваивать афганский энергетический рынок и в силу этого выступает резко против строительства Рогунской ГЭС в соседней республике. При этом без Рогунской ГЭС реализация CASA-1000 будет нецелесообразной.

Строительство железных дорог

Транспортные сети государств ЦАР до недавних пор не имели национальных границ, а выстраивались как единая сеть единого государства, СССР. В силу природно-географических особенностей: сложный рельеф местности и отсутствие выходов к морским портам – эта сеть не предусматривала выхода за пределы единой страны. Эту функцию обеспечивали иные возможности советского транспортного комплекса. Вот почему и спустя почти двадцать лет после распада политического, транспортный распад не состоялся и транспортные коммуникации продолжают объединять территорию ЦАР с Россией. Более того, установленные тогда транспортные связи до сего дня остаются в значительной степени безальтернативными. Так, из 11 центральноазиатских железнодорожных магистралей 9 ориентированы на Россию (исключение составляют две дороги: Казахстан-КНР и Туркмения-Иран).

Принимая во внимание: небольшой объем товарооборота между странами Центральной Азии и Афганистаном; возросшие объемы наркопроизводства в ИРА; отказ США и их союзников по миссии Международных сил содействия безопасности бороться с наркопосевами, в результате чего их площади за период с 2001 по 2013 гг. выросли в 26 раз, достигнув показателя в 209 000 гектаров, следует отметить, что существует вероятность использования построенных транспортных магистралей для экспорта наркотиков. Учитывая предлагаемые в рамках «Нового шелкового пути» меры по либерализации торговли между ЦА и Афганистаном, наркотрафик может принять масштабный характер и привести к активизации террористических и криминальных группировок.

Превращение Афганистана в транспортный и торговый узел макрорегиона «Южная Азия - Центральная Азия» в ближайшей перспективе, даже при условии полной стабилизации ситуации, также представляется маловероятным по следующим причинам:
  • неграмотность большей части его населения, которое, кроме выращивания опийного мака, фактически не имеет навыков ведения иных видов хозяйственной деятельности;
  • противоречия между этническими группами, проживающими на территории ИРА, что обусловливает необходимость согласования с каждой из них условий проведения транспортных и энергетических коридоров.

Главная сдерживающая сила быстрого развития транзитного потенциала ЦАР - это высокая стоимость сухопутных перевозок по сравнению с морскими. В среднем она в полтора раза выше. Помимо того, сложный (а подчас исключительно сложный) горный рельеф местности также весьма удорожает любые строительные или эксплуатационные работы, диктует свои условия проектировщикам.

Существующие железные дороги в ЦАР не отвечают современным требованиям, предъявляемым к международным перевозкам. Например, согласно рекомендациям Европейского соглашения о международных магистральных железных дорогах, расчетная скорость на них должна составлять не менее 160 км/час. Для железных дорог Центральной Азии это трудновыполнимая рекомендация: на них скорость не не доходит и до 100 км/час (а на практике бывает и ниже 60 км/час).

Принцип, на котором строится вся логистика, заключается не в скорости доставки грузов и пассажиров, а в точности соблюдения сроков поставки. Именно поэтому выигрыш во времени, который сулят новые транспортные магистрали через Центральную Азию, считается не самым важным аргументом. Экономия, достигаемая за счет сокращения расстояний, пока что поглощается высокой удельной стоимостью перевозки по железной дороге по сравнению с морским вариантом (а тем более, автомобильным).

Современная логистика требует создания соответствующих центров, которые могли бы замкнуть на себя управление потоками грузов. Однако в ЦАР таких центров еще нет. Это существенно сдерживает развитие транзитных возможностей. Тем выше значение устранения такого недостатка в рамках ЕАЭС.

Сегодня только трубопроводный транспорт в состоянии успешно конкурировать с морскими перевозками. Пока он в основном сориентирован на Россию. Многовекторность маршрутов этого вида транспорта будет достигаться исключительно за счет нового строительства и крупных капиталовложений.
Как Россия может противодействовать данному проекту
1. Реализация пророссийского проекта транспортного коридора "Север-Юг"

Конкретные вопросы для доработки
1. Точки расхождения и конкуренция американского и китайского проектов по возрождению Шелкового пути.
Открытые задания для участников сообщества
Вы можете принять участие в поиске способов противодействия данной угрозе российским интересам. Для этого выполните одно или несколько заданий по сбору и систематизации материалов из списка ниже. Либо предложите, в каком еще направлении можно продолжить информационную разработку угрозы.

1. Негативные последствия проекта для России

2. Негативные последствия проекта для стран региона

3. Факторы, затрудняющие реализацию инфраструктурных проектов, входящих в «Новый шелковый путь» (нехватка денег у стран-участниц проектов, негативная информация в отношении задействованных в их реализации компаний, террористическая опасность территорий прохождения железных дорог и энергосетей, экологические риски для территории и др.)

4. Возможности России по противодействию реализации проекта

P.S. Если Вам нужна консультация, как искать подобные материалы в Интернете, напишите на почту admin@vector-eurasia.org
Понравилось?
Поделитесь с друзьями:
Для добавления информации авторизуйтесь на сайте.
Лента активности
Участник
Сергей Иванов
07 April, 2016 - 19:53 | количество просмотров: 369
Главная сдерживающая сила быстрого развития транзитного потенциала ЦАР - это высокая стоимость сухопутных перевозок по сравнению с морскими. В среднем она в полтора раза выше. Помимо того, сложный (а подчас исключительно сложный) горный рельеф местности также весьма...
1 комментарийпоследний: Александр Громов, 01 May, 2016 - 23:29
Участник
Алексей Невзоров
05 April, 2016 - 20:19 | количество просмотров: 356
Транспортные сети государств ЦАР до недавних пор не имели национальных границ, а выстраивались как единая сеть единого государства, СССР. В силу природно-географических особенностей: сложный рельеф местности и отсутствие выходов к морским портам – эта сеть не...
1 комментарийпоследний: Архитектор , 05 April, 2016 - 23:10